Вся инфа
Ну где вы видели, чтобы на каждом дереве сидело по восемьдесят медведей, коров, страусов? А на кустике травы – запросто. По стволам и стеблям ползают, прыгают, скачут разнообразные существа, сотни; листья не проламываются, не прорываются, всем хватает пищи, всё с бешеной для нас скоростью растет, размножается, превращается, обращается во прах и восстает из праха, поедает друг друга, в том числе заживо…
хорошая, годная статья http://haritonoff.livejournal.com/328205.html
Пойду я спать.
Да хуй пойми крч, в иот ебать.
Её даебала политота
Её даебали шубы
Её доебал завод
Кроме этого, насекомые, имеющие постоянное жилище или гнездо - те же муравьи, пчелы, осы - ориентируются, запоминая окружающий ландшафт. Они способны запомнить относительное расположение каких-либо приметных деталей рельефа и выстраивают свой маршрут по этим ориентирам, при этом могут "переключать масштаб" - например, оса при полете к норке ориентируется по крупным деталям рельефа - скалам, джеревьям, а, прилетев в нужное место, отыскивает норку уже по мелким - камешки, веточки. Передвинув эти мелкие предметы, можно сбить ее с толку, но ненадолго - она держит в памяти несколько систем ориентиров, дополняющие одна другую.
Ей просто грустно
Ахютак ебанулась совсем
Это пиздец.
Волоски на теле насекомых позволяют им улавливать мельчайшие токи воздуха, в том числе отслеживать размер, форму и скорость движущихся рядом и на расстоянии предметов, а также воспринимать отраженные волны от предметов неподвижных - в какой-то мере их волоски это и орган слуха, и аналог боковой линии рыб. Плюс к этому наземные насекомые очень тонко чувствуют все вибрации поверхности, могут отследить и определить их источники… Совокупностью всех этих своих чувств они воспринимают окружающий мир очень подробно, в чем-то гораздо детальнее, чем мы, но – по другому. Совсем по другому.
Другим аналогом (хотя и весьма приблизительным) такого чувства у человека является чувство осязания: человек одновременно воспринимает фактуру предмета, а также расстояние от предмета до тела, направление, его температуру и влажность. Все это вместе входит в наше единое "чувство поверхности", которой мы касаемся. Таким "общим чувством" для насекомых является чувство стереохимическое: объемный запах.
Мы чувствуем изолированный запах (или букет запахов) – как фон, а насекомые ощущают "запаховое тело" – как рисунок. Когда, например, цветок выделяет определенный аромат, то этот аромат "надет" на тело цветка определенным образом, в зависимости от того, какие органы цветка какие компоненты этого запаха выделяют. "Запаховая картина" проецируется на расположенные снаружи органы обоняния насекомого, как зрительная картина - на сетчатку. Два усика, как два глаза, создают стереохимическую обонятельную картину. Другим аналогом (хотя и весьма приблизительным) такого чувства у человека является чувство осязания: человек одновременно воспринимает фактуру предмета, а также расстояние от предмета до те
В том то все и дело., что инфач надо читать наоборот.
У насекомых же чувствительные клетки, воспринимающие запах, расположены преимущественно на усиках (а также на ногах и некоторых других придатках тела), то есть на подвижных органах, на некотором расстоянии от оси тела. Каждый усик может двигаться, так что запах насекомые воспринимают вместе с пространством и направлением, для них это одно единое чувство. Можно сказать, что, как и опорно-двигательная система, обонятельные органы насекомых и позвоночных по отношению друг к другу "вывернуты наизнанку".
А форму объекта и его объем насекомое воспринимает при помощи… обоняния. Запах воспринимается большинством насекомых не так как у нас. Восприятие запаха для них составляет особое, неизвестное нам стереохимическое чувство. Дело в том, что обонятельные органы позвоночных расположены внутри тела и неподвижны, мы мы - в широком смысле, даже собаки - можем лишь более или менее точно запеленговать направление к источнику запаха, но не "увидеть" его. У насекомых же чувствительные клетки, воспринимающие запах, расположены преимущественно на усиках (а также на ногах и некоторых других придатках тела), то есть на подвижных органах, на некотором расстоянии от оси тела. Каждый усик может двигаться, так
Я тоже. После тебя.
Я инфу проверяю, иди нахуй.
Кстати, о деревьях. Простые аналогии "в масштабе" (трава = лес, насекомые = звери) при сравнении "пейзажей" большого и малого миров не годятся. Ну где вы видели, чтобы на каждом дереве сидело по восемьдесят медведей, коров, страусов? А на кустике травы – запросто. По стволам и стеблям ползают, прыгают, скачут разнообразные существа, сотни; листья не проламываются, не прорываются, всем хватает пищи, всё с бешеной для нас скоростью растет, размножается, превращается, обращается во прах и восстает из праха, поедает друг друга, в том числе заживо…
Не приписывай
Прошу не приписывать Ахютак тему наркомании или о чем ты там думаешь. Не, мне неинтересно, можешь не отвечать. Просто не приписывал то, чего нет
Зато спать наш человек-с-муравья мог бы хоть на камнях, хоть на битом стекле, даже со своей нежной кожей – не поцарапался бы, весу не хватит, чтобы надавить как следует. Или стоя. Или стоя на голове – особой разницы нет. Но под упавшее "дерево"-травинку я бы все равно не рекомендовал попасть – хоть и не задавит, зато прижмет – не выберешься. Тут тебя, опять же, и съедят.
Блядь., это поому что сопротивление среды растет пропорционально квадрату линейных размеров муравья а масса пропорционально кубу.
Удары в Малом Мире неэффективны, вместо мечей и топоров маленькие вояки вооружены пилами, клещами. Главное – зажать противника, чтобы не вырвался (излюбленный прием муравьев – одни растягивают крупных врага или жертву за конечности, а другие раскусывают и распиливают его на запчасти по сочленениям). Можно и проткнуть, если у тебя есть жало, но тоже только при наличии надежного упора.
Ты не видел, а она всё видела
Человек человеку простым ударом кулака, да еще вложив в удар вес собственного тела, может нанести серьезные повреждения. У мышей бокс – уже просто безобидная игра, а муравей муравья, даже если треснет со всей дури таким специальным маленьким муравьиным топориком или сабелькой, только отбросит в сторону, но не поцарапает и ничего ему не сломает. Даже только что перелинявшему, мягкому.
Чот давно их в шубе не видел.
Он уже разделся
Он уже раздался http://68.media.tumblr.com/e5f346a1fadeee326d3aafddf6ea0993/tumblr_ol801d4BYS1urwaedo2_500.gif
Вода как желе, а воздух – как вода. Ну, в масштабе муравья еще не как вода, но очень плотный – с ног сбивает даже не ветер, валит любое движение воздуха. Ветер уносит в голубую даль. Поэтому у насекомых на лапках нет ярко выраженных ступней – им не нужна специальная опорная поверхность, они легкие – зато всегда есть всякие крючочки, коготки и присосочки – цепляться. Взлететь тоже не проблема, проблема – летать хорошо, маневрировать и бороться с воздушными потоками лучше других. А то съедят. Те, кто делает это лучше тебя.
Ахютак на отходах
Ты не в шубе. Она в шубе. Он в шубе. Ты смотришь на нее, а она на него.
Я выиграл.
Мне похуй.
Ахютак перекрытая
С другой стороны, стакан муравью нахрен не нужен – капля воды и без него держит форму и не растекается – оторвал от лужи воды капельку да понес куда тебе надо. Можно ею помыться – обтереться, как губкой – грязь к капле прилипнет – а потом выбросить, пока не испарилась.
Ты не в шубе. Она в шубе. Он в шубе. Ты смотришь на неё, а она на него. Потому что он в шубе и она в шубе. Ты в пролёте
Нам с вами, большим, если падать откуда-нибудь, то лучше в воду – целее будем. И лучше не со слишком большой высоты. В Малом Мире наоборот – падай хоть с небоскреба, не расшибешься, но упаси боже упасть в воду – намертво прилипнешь к поверхности. И до берега добраться будет очень непросто. Скорее всего по пути тебя съедят. Из стакана тоже не попьешь – вода просто не захочет оттуда выливаться, как плотное желе, будет липнуть к стенкам – ее придется с силой из него высасывать.
33815 про вот это вот. 33812
Вода вообще очень хорошо выдает фото- и киноподделки, когда большой объект в кадре стараются выдать за маленький и наоборот. В случае со сценами шторма с макетиками кораблей или знаменитой Несси все портит величина и форма волн, а по мере уменьшения масштаба до объектов макросъемки начинает все бóльшую роль играть поверхностное натяжение…
Так что все фильмы про тараканов размером с автобус – неубедительная фигня. Равно, впрочем, как и фильмы про то, как уменьшенные при помощи высоких (и не очень) технологий люди путешествуют среди травяных джунглей – особенно спецэффекты в таких фильмах. Всегда подводит вода в кадре.
А КАК НАСЧЕТ ЧЕЛОВЕКА-МУРАВЬЯ?
http://haritonoff.livejournal.com/328205.html
33813 ты про какое?
По этой же причине человеку-с-муравья в течение его жалкого и недолгого существования, пока он стоит на мизинце, можно будет не дышать – кислород будет проникать в его ткани непосредственно из окружающего воздуха. Насекомые и не дышат, но и роскоши принимать кислород через кожу себе не позволяют – их тело пронизано тонкими канальцами-трахеями, сообщающимися с внешней средой через ряд отверстий-стигм на панцире. Поэтому гигантских насекомых нет и быть не может – им при такой системе пассивного дыхания просто не хватит кислорода, их предел - примерно сантиметр ткани вглубь от поверхности тела. В палеозое встречались стрекозы с размахом крыльев 65 см и аж двухметровые в длину многоножки - и те
Охуенное заявление.
Будешь ходить в шубе, а бабы будут смотреть на тебя и улыбаться. Потому что ты идиот. И бабы тоже.
Человек же, будучи размером с муравья, мог бы запросто делать стойку на мизинце любой руки или ноги и жонглировать такими же своими товарищами – мышечная масса у нас составляет гораздо больше процентов от веса тела, чем у насекомых. Чтобы беспрепятственно качать мускулы, позвоночные по сравнению с членистоногими как бы вывернуты наизнанку: наши опорные элементы – скелет – спрятаны внутри тела и являются как бы осями, на которые накладываются мышечные массы. У насекомых, напротив, скелет обволакивает тело снаружи, а внутри, по оси тела, никаких скелетных элементов нет – там располагается все остальное.
Более того, если бы муравей был размером с человека, он бы – при сохранении своих пропорций – не смог бы даже приподняться: силы его крошечных мускулов, заключенных в хитиновые трубочки тонких конечностей, не хватило бы. А в своем мире – он ничего так, вполне себе силач.